Эволюция также медленно перерождает умы, и медленно, постепенно, от поколения к поколению, незаметно для отдельных индивидуумов, перерабатывает и изменяет нравы, стремления и идеалы; но если при этом старые учреждения остались неподвижны, то конфликт неизбежен.

Так и река: по выходе из равнины, ея берега становятся высокими, крутыми, сдавливают ее и принуждают ее воды течь по узкому каналу; река, походившая на гладкое, спокойное, почти неподвижное озеро, сразу перерождается: волны катятся быстро, с шумом ударяясь о скалы, преграждающие русло, и подмывая сжимающие их берега; и река, прежде спокойная и безобидная, превращается в бурный поток, уничтожающий все на своем пути.

Этого то не могли понять правительства, и вот почему — исполняя, впрочем, только свое назначение — всегда пытались поработить поток новых идей и заставить его течь узким каналом, промеж плотин, безрассудно воздвигаемых ими; и когда раз'яренный поток, став сильнее этих преград, размывает их, разрушает окопы, казавшиеся правительствам столь прочными, то до того велико ослепление этих безумцев, что они винят поток, не понимая, что катастрофа — неизбежный, роковой результат плотин, воздвигнутых ими; что несчастьем они обязаны собственной неумелости; что в нем не виноват поток, который, если бы не они, нес бы на своих волнах плодородие, вместо разрушения.

Говоря о революции, я подразумеваю не только борьбу с оружием в руках; всякая борьба против существующей власти, против современной общественной организации, будь это борьба активная, или пассивная, прибегает ли она к физической силе, или моральной; стремится ли к цели, вопреки существующим законам, но не навлекая на себя их кары, или же путем открытого нарушения их; раз только эта борьба ведется во имя устранения какой-либо несправедливости, какого-либо предрассудка, она уже этим самым содействует социальной революции, и каждый ее шаг вперед является успехом в общем ходе революции.